Влияние СМИ на эскалацию расовых и социально-политических конфликтов
Работа добавлена: 2015-12-06





PAGE   \* MERGEFORMAT2

Содержание

[1] Содержание

[2] Введение

[3] Теоретические аспекты изучения расового неравенства в США

[4] Контент-анализ телевизионных выпусков основных медиа ресурсов США, затрагивающих тему убийства Майкла Брауна

[5] Заключение

[6] Библиографический список

Введение

Соединенные Штаты Америки – страна, которая находится в центре событий и внимания в современном мире. Но помимо успехов в политической, экономической, социальной, культурной, технологической и многих других сферах общественной жизни, которые отличают ее настоящее, эта страна один из ярких примеров государств с примечательным прошлым. Безусловно, прошлое США наполнено большим количеством событий, достойных внимания, изучения и анализа, но в данной работе нас будет интересовать историческая линия, связанная с такими терминами как «раса», «рабство», «гражданские права», «сегрегация», «дискриминация», «неравенство», «конфликт». Этот набор понятий и следующие за ним практики тесно связаны между собой. Более того, эти практики оказали и до сих пор оказывают огромное влияние на американское общество.

Почти все перечисленные понятия достаточно сложны – как в теоретическом, так и в практическом аспекте. Среди исследователей вы не найдете однозначного определения той роли, которую играет, например, раса. Согласно прочитанной литературе, расу можно рассматривать как биологический конструкт, который объясняет расовую иерархию (например, во времена рабства) или как социальный, и тогда тоже можно объяснить иерархию, но уже подвергнув ее сомнению насчет справедливости.

Анализируя литературу, посвященную понятию расы и ее роли в истории США, мы плавно перешли к изучению работ на тему расового неравенства, а также его пути развития – от рабства до нынешнего состояния равенства граждан страны.

В этом нам оказались полезны работы Эрика Райта, Глена Лоури, Дэниеля Сабба. В работах этих авторов мы можем найти наиболее всеохватывающий подход к пониманию расы и расового неравенства.

Несмотря на различие в подходах, исследователи сходятся во мнении, что, имея в наличии формально закрепленный принцип гражданского равенства, на практике расовое неравенство до сих пор существует. Огромный пласт научной литературы посвящен этой проблематике.

Немало интересных и неожиданных мыслей о соотношении неравенства и конфликта мы почерпнули из работ Ральфа Дарендорфа. В его статьях можно найти не только такие классические рассуждения о том, что есть стадии конфликта и факторы, влияющие на него, но и, например, концепцию жизненных шансов, с помощью которой автор проливает свет на тематику современного социального конфликта. Не смотря на увиденное у Дарендорфа разнообразие рассматриваемых аспектов конфликта, мы обратились также к другим исследователям, изучив работы Г. Зиммеля, Л. Козера, Т. Шеллинга. С их помощью мы выделили основные элементы социального конфликта, обозначив, почему мы используем понятие «социально-политического» конфликта вместо «социального».

Прочитанная литература о состоянии современного американского общества и о связи таких элементов как неравенство и конфликт, натолкнули нас на мысли о недавних событиях в городке Фергюсон, штат Миссури в августе 2014 года. Коротко события произошедшего можно описать так: во время задержания чернокожих подростков на улице, белым полицейским был открыт огонь по одному из них, в ответ на игнорирование требования остановиться при приближении к полицейскому, что привело к смерти подростка на месте случившегося. Полицейский был признан невиновным как местной полицией (большим жюри), так и в результате независимого федерального расследования. Однако, интересует нас не сам криминальный случай, а те события, который он вызвал - грабежи, массовые протесты и беспорядки.

Как можно заметить, объяснить беспорядки получается с легкостью, если добавить в рассказ такие категории, как «белый» и «афроамериканец». Мы обратили внимание, что СМИ, раскрывая события убийства в новостных выпусках, использовали для его обозначения такие слова как «расовая несправедливость», «конфликт на расовой почве», «расовые беспорядки» и другие подобные, делая упор на расовые характеристики случившегося. В качестве дополнительных интересных фактов в новостях фигурировала, например, информация о том, что население Фергюсона состоит на две трети из афроамериканцев, а среди полицейских, как и среди должностных лиц, почти все белые, что является «несправедливым».  Нам показалось, что этот кейс может стать хорошим случаем для анализа в рамках теории конфликта и теории о расовом неравенстве в США.

На основе этого случая и перечисленных выше теорий нами была сформулирована следующая гипотеза: СМИ США, акцентируя внимание на расовой составляющей, играют ключевую роль в активизации социальных противоречий в таких проблемных регионах страны, как Фергюсон, что приводит к эскалации социально-политического конфликта.

Для понимания специфики воздействия СМИ, мы изучили теорию формирования повестки дня («agenda-setting theory»). В этом нам помогли работы таких авторов как Роберт Энтман, Геральд Козицки. Более подробно теория о влиянии СМИ развернута в работах Э. Дэнниса и Д. Мэррилла, Д. Брайант и С. Томпсон. Тезисы этих авторов помогут нам проанализировать «поведение» медиа в освещении событий по делу Майкла Брауна.

Исследования перечисленных авторов также натолкнули нас на мысль о возможности использования контент-анализа для подтверждения нашей гипотезы.

Ограничивая область исследования, мы встали перед задачей – определить, какие СМИ оказывают наибольшее воздействие на граждан страны. Другими словами – какой вид медийных ресурсов является наиболее популярным. Используя статистические данные американского исследовательского центра Pew Research, мы решили остановить свой выбор на телевизионных медиа, т.к. именно телевидение пока остается наиболее популярным источником новостей для граждан Америки. Таким образом, телевизионные новостные выпуски (видео) станут основным источником для контент-анализа.

Чтобы избежать разногласий и недопонимания в рамках настоящей работы, исследуемый случай мы будем называть «Дело Майкла Брауна». Это поможет нам отказаться от акцентирования внимания на каком-либо одном аспекте произошедшего – убийстве, беспорядках или конфликте, и быть более объективными до выяснения всех обстоятельств.

Обобщая все вышесказанное, необходимо отметить, что в качестве объекта исследования выступают социально-политические и расовые конфликты в США. Предметом является влияние средств массовой информации на эскалацию расовых и социально-политических конфликтов в США.

Теоретической рамкой нашего исследования будут служить работы о расовом неравенстве в США и, соответственно, теории о значении и роли СМИ в формировании повестки дня. Опираясь именно на эти концепции, мы будем пытаться доказать нашу гипотезу.

Цель исследования – на примере беспорядков в Фергюсоне выявить влияние СМИ на эскалацию расовых и социально-политических конфликтов

Для реализации поставленной цели будут решены следующие задачи:

  1.  Проанализировав имеющуюся научную литературу, определить суть основных теоретических понятий и концептов, используемых в данном исследовании (раса, расовое неравенство, дискриминация, конфликт)
  2.  Определить основные аспекты социально-политического конфликта в современном обществе
  3.  Проанализировать теорию формирования повестки дня, уделив большее внимание роли СМИ
  4.  С помощью официальных материалов расследования рассмотреть основные события убийства Майкла Брауна для последующего сравнения с тем, о чем говорится в СМИ
  5.  Изучить новостные выпуски (телевизионные видео выпуски) основных медиа каналов США в освещении событий по делу Майкла Брауна, провести контент-анализ
  6.  Проанализировать данные о социальном и экономическом положении населения города Фергюсон
  7.  При помощи полученных эмпирических данных подтвердить или опровергнуть идею о том, что СМИ являются одним из факторов эскалации социально-политических конфликтов

В исследовании используется методология кейс-стади. Методы сбора эмпирических данных: отбор исследовательской литературы по теме расы, расового неравенства; отбор новостных выпусков (телевизионных) основных медийных ресурсов США, раскрывающих события по делу Майкла Брауна. В качестве метода анализа эмпирических данных будет использован контент-анализ.

В результате исследования предполагаем получить подтверждение нашей гипотезы и показать влияние СМИ на эскалацию социально-политического конфликта в США.

  1.  Теоретические подходы к изучению социально-политических конфликтов, расового неравенства в США и способов формирования повестки дня

Основным фокусом данной работы являются СМИ и социально-политический конфликт, что совершенно не исключает необходимость изучения той «площадки», на которой происходит взаимодействие. Мы говорим сейчас об американском обществе с его долгой и сложной историей расового неравенства.

Теме неравенства, расы, расизма в истории США посвящен большой пласт исследований. Эта тематика и по сей день остается актуальной для различных научных направлений, включая современную политическую науку. В данной главе мы попытаемся дать определение используемых в дальнейшем терминов, обобщить основные взгляды и теории социально-политического конфликта, формирования повестки дня, расы и неравенства.

  1.  Современные подходы к изучению социально-политических конфликтов

Чтобы объяснить, что мы подразумеваем под социально-политическим конфликтом, необходимо обратиться к современным исследователям теории конфликта. Ранее мы уже использовали отдельные элементы концепций Козера, Дарендорфа, Шеллинга и др. В этой работе мы еще немного углубились и расширили теоретическую рамку, как с помощью этих же авторов, так и посредством добавления новых. Некоторые тезисы исследователей будут приведены в сжатом виде, так как более подробный анализ можно посмотреть в курсовых работах второго и третьего годов обучения.

Начать можно с утверждения, что жизнь – это борьба, а человек по природе своей враждебен к другим. Интересные соображения на этот счет предоставляет Георг Зиммель. В своей небольшой работе «Конфликт современной культуры» автор философски рассуждает о том, что жизнь воплощается в различных формах, но эти формы не успевают за динамикой самой жизни. То есть только возникнув, они уже не могут в полной мере соответствовать действительности и вступают в противоречие с настоящим. И жизнь может лишь заменять их на новые, отвечающие требованиям времени в большей степени1.

Однако, автор не ограничивается только философскими рассуждениями. Зиммель затрагивает и область психологии. В другой своей работе автор пишет, что враждебность, утверждение себя через отрицание – все это является основой личности и человеческих отношений2. Ему также принадлежит идея о более остром конфликте в тех отношениях, где стороны имеют много общего между собой. Эту его мысль продолжил Льюис Козер.

Исследователь обращает внимание, что происходящий в близких отношениях конфликт по поводу основ самих отношений будет не только острым по характеру, но и обладающим деструктивными функциями3. Вообще, идея о том, что конфликты имеют позитивные и негативные функции, примечательна сама по себе. Говоря, что конфликт неотъемлемая часть общества, Козер не заключает, что это однозначно плохо. Автор рассматривает антагонизм как один из элементов жизни, который выполняет свои функции. Конфликт может развалить отношения (если мы говорим о близких отношениях и базовых вопросах спора), а может быть поводом к дополнительным способам взаимодействия, сохраняя тем самым отношения внутри сообщества и выполняя таким образом позитивные функции4.

Говоря о конфликте, нельзя не затронуть тему того, какие факторы могут на него повлиять. В этом нам оказались полезны работы Ральфа Дарендорфа. Используя интенсивность и насильственность как переменные, автор выделяет различные группы факторов, среди которых наиболее интересными показались нам манифестирование, социальная мобильность и степень социального плюрализма. Соответственно, объявление и признание конфликта ослабляет его; повышение социальной мобильности – отсутствие сильной привязанности сторон к своей общественной позиции – ослабляет конфликт; наличие в обществе различных независимых структурных областей, автономность ведущих руководящих групп и т.п. тоже ослабляет конфликт5. Автор также придерживается мнения о повсеместном характере конфликта и его ведущей роли в изменениях и прогрессе общества.

В работах Дарендорфа мы находим не только «технические» детали теории конфликта, но и размышления о тематике современного социального конфликта. Исследователь связывает ее с понятием жизненных шансов и, в более узком смысле, свободы. Обращаясь к теориям и тезисам К. Маркса, Т. Маршалла, М. Вебера, И. Канта и многих других, к истории Великобритании и США, автор рассуждает о трех составляющих свободы – конституционном государстве, рыночной экономике и гражданском обществе6. Анализируя их сквозь призму истории, Дарендорф рассуждает о «классической» тематике – классовом конфликте.

Понятие неравенства становится ключевым для автора, ведь именно неравенством в правах, социальном или экономическом положении определяется количество жизненных шансов. Рассуждая о классовом конфликте, исследователь отмечает, что такая форма конфликта возможно существовала всегда, но не всегда была доминирующей7. И если раньше гражданские права были главной темой конфликта, то сейчас их место заняли жизненные шансы, которые все же связаны с правами, как определяющим элементом статуса членов общества. Дарендорф называет господство источником классового конфликта, где господство понимается как неравенство в жизненных шансах8. Таким образом, борьба за равенство, за «полное членство в гражданском обществе» и есть тематика современного социального конфликта.

Автор приводит довольно занимательные рассуждения о роли неравенства в жизни общества, мы используем их чуть позже, как вспомогательный элемент в характеристике сложившейся ситуации в США и конкретно в городе Фергюсон.

Еще одним взглядом на теорию конфликта может служить концепция Т. Шеллинга. Исследователь предлагает посмотреть на конфликт как на стратегию, используя для ее раскрытия теорию игр и концепцию рациональности. Наш интерес к этому подходу заключается в том, что в отличие от предыдущих исследователей, Шеллинг рассматривает не экзогенные факторы, влияющие на конфликт, а эндогенные – каким образом «ресурсы» сторон могут повлиять на ход «противостояния9». Однако, ограничения «рациональностью» не позволяют нам использовать предположения автора в полной мере. Остановимся на том, что при анализе конфликта необходимо обратить внимание не только на внешние, но и на внутренние факторы.

Рассмотрев все приведенные выше теории и концепции, мы также считаем важным упомянуть о другом направлении – об исследованиях информационного общества. Нас, однако, интересует не сами теории информационного общества, а лишь тот аспект, что ввиду изменений самого общества, изменяются и конфликты, происходящие в нем. Мы рассмотрели наиболее общие и базовые работы таких авторов как М. Кастельс, А. Турен, У. Бек. Коротко характеризуя и обобщая взгляды исследователей, можно сказать, что современное общество есть нечто совершенно иное, отличающееся от общества индустриального. Бек, например, утверждает, что нельзя даже обозначить его «постиндустриальным», давая свое название – общество риска. Это связано с тем, что приставка пост- заставляет нас мыслить непременно в категориях индустриального общества, тогда как общество риска не эволюционный продукт «предыдущего» общества, а продукт «изменения основ изменения10». Так автор говорит нам о том, что индустриальное общество не есть «вершина модерна», что его структура изначально была противоречива и в процессе развития становилась все более неустойчивой, менялась, образуя новое общество, построенное на совершенно иной логике.

Несмотря на возможное различие в формулировках и тех аспектах, на которых акцентируется внимание, в работах этих исследователей для нас важны следующие моменты: возрастающая роль информации и изменения в структуре конфликта. Возрастающая роль информации дает нам дополнительные поводы обратить внимание на один из основных ее источников – масс-медиа11. Эта тема заслуживает отдельного обсуждения и будет рассмотрена чуть позже.

Рассуждения о конфликте и изменениях, с ним связанных, изложены в работе А. Турена. Отражая наиболее важные его замечания, надо сказать, что исследователь тоже рассматривает конфликт, как явление, пронизывающее все общество. Однако, в связи со спецификой современности, повсеместность конфликта означает, что он не проявляется в какой-то определенной сфере, не связан только социальной или только экономической спецификой12. Из этого мы можем сделать вывод о большей вероятности напластования структурных областей (пользуясь приведенной выше терминологией Дарендорфа) и, соответственно, большей интенсивности конфликтов. Автор много говорит о маргинальности и маргинальных группах, отводя им роль источников глобального протеста и в то же время поддержания существующего господства. Это также перекликается с тем, что пишет о господстве Ральф Дарендорф.  В общем и целом, надо сказать, что то, что отражено в работе Турена относительно конфликта согласуется с теми воззрениями, которые мы привели ранее. Поэтому, чтобы не повторяться, мы закончим на этом наше отступление.

Упоминания заслуживают российские исследователи в области конфликтологии. Мы уже рассматривали работы В. В. Согрина13, Ю. Г. Запрудского14, А. В. Глуховой15, А. К. Зайцева16. Несмотря на их роль в развитии российской конфликтологической школы, ничего особенно нового в развитие теории конфликта в глобальном масштабе они не привнесли. Положения работ авторов связаны в основном с поиском и объяснением особенностей конфликтов в России нежели с разработкой каких-то новых идей.

Можно, однако, отметить вклад В. А. Светлова. В отличие от Зайцева, предлагавшего такой подход к конфликту, как к метатеории (объединении разных подходов на основе общности определений и предположений), что не создавало ничего нового, а лишь было другим взглядом на прежние теории, Светлов предлагает создание единой теории конфликта17. Исследователь отходит от обычного понимания конфликта, как антагонизма и предлагает рассматривать конфликт как дисбаланс в отношениях. Следуя концепции Светлова, мы должны исходить не из того, что конфликт пронизывает все общество, а из того, что конфликт это всего лишь одно из проявлений отношений – состояние их дисбаланса. И между этими состояниями баланса (бесконфликтности) и дисбаланса (конфликта) и существуют любой социальный процесс18. Светлов создает несколько теоретических моделей конфликта (теоретико-игровая, вероятностная, динамическая и др.), которые позволяют, по его мнению, анализировать любой вид конфликта19. Однако, нельзя сказать, что эти теории абсолютно оригинальны – при их создании автор опирался на уже существующие концепции.

Таким образом, ввиду отсутствия других более современных теорий, при анализе кейса мы будем опираться на упомянутые в этом параграфе концепции.

Принимая во внимание все вышесказанное, необходимо пояснить, почему мы используем термин «социально-политический конфликт». В этом нам опять же помогут идеи Р. Дарендорфа.

Имея социальную основу, конфликт приобретает свое значение только выходя на политическую арену. Дарендорф пишет, что социальные силы становятся «действенными только тогда, когда находят выражение в политических дискуссиях и решениях20». Это и дает нам основание использовать термин социально-политического конфликта применительно к нашему случаю. Таким образом, уточняя формулировку мы лишь хотим обозначить тот тип конфликта, который исследуем.

На основании прочитанной литературы можно сделать следующие важные для нас выводы:

  1.  Теоретические аспекты изучения расового неравенства в США

В ходе поиска литературы по теме истории развития расового неравенства нам попалась замечательная книга Эрика Райта «Американское общество: как оно работает?». Автор раскрывает различные аспекты жизни американского общества – от рынка до демократии. Однако, нас интересует всего лишь одна глава этой книги, которая посвящена расовому неравенству. Прежде чем выразить свое мнение о проблеме расового неравенства, Райт раскрывает особенности понимания расы, дает краткий обзор истории расового угнетения и анализирует современное положение афроамериканцев. Эта информация стала одной из ключевых в формировании теоретической базы нашего исследования, поэтому ее раскрытие принимает форму аналитического обзора.

Объясняя понятие расы, Райт начинает с того, что критикует понимание расы как естественной (или биологической) категории. Автор поясняет, что «несмотря на использование биологических характеристик в качестве основы классификации рас, то, как мы воспринимаем «расы» в итоге, определяется социальными условиями21». Таким образом, раса понимается Райтом как социальная категория. Для доказательства и большего разъяснения этого утверждения автор сравнивает смысл, которым наполняются те или иные расовые категории в разных странах. В качестве пояснения приведем один из раскрываемых примеров. В США все выходцы и Восточной Азии воспринимаются как одна раса, в то время как в самой Азии китайцы, японцы, корейцы и т.д. принадлежат к разным расовым группам. Этот и другие примеры дают обоснование говорить, что восприятие расы как биологической категории в корне не верно. Мы абсолютны согласны с мнением автора и будем придерживаться его в работе.

Следующим важным для нас моментом в рассматриваемой главе была история расового угнетения в США. Эта информация крайне значима для нашего исследования, так как дает понимание исторического прошлого, которое, по нашему мнению, всегда является частью настоящего. История имеет значение.

В истории США Райт выделяет пять форм расового угнетения: «геноцид и географическое смещение; рабство; второй класс гражданства; рабочие без гражданства; диффузная расовая дискриминация22». В объяснении этих пяти форм автор использует исторические факты и события. Дабы не использовать прямой пересказ, мы отобразим основную идею каждой формы (с пониманием, что идея принадлежит Райту) и дадим необходимые для дальнейшего исследования краткие комментарии к ней.

Итак, первая форма – геноцид и географическое смещение. Исследователь относит в эту категорию события, связанные с появлением европейцев в Северной Америке, и конфликт европейцев и коренного населения. Геноцид и переселение проявлялись в насильственном изъятии земли, как ресурса, у индейцев выселении их с мест обитания в специально созданные резервации. В худшем случае индейцев убивали. Автор приводит удачную цитату, характеризующую тот период – «Хороший индеец – мертвый индеец23».

Вторая форма – рабство. Это довольно известный аспект американской истории, поэтому мы ограничимся тут короткими замечаниями, что для этой формы характерно: восприятие рабов как собственности; приписывание чернокожим интеллектуальной несостоятельности (таким образом обосновывалось и насилие над ними в том числе).

Третья форма – второй класс гражданства. Это период после отмены рабства, когда принятие 14 и 15 поправок к Конституции США (равенство граждан и активное избирательное право цветных и бывших рабов) немного улучшило положение чернокожего населения. Автор поясняет, что второй класс гражданство характеризует ситуацию, когда «некоторые категории граждан имеют меньше прав, чем другие24». Для характеристики этой формы расового угнетения Райт раскрывает суть закона Джима Кроу, описывает примеры сегрегации, приводит статистические данные о соотношении осужденных белых и чернокожих за один и тот же вид преступления. Одно из замечаний Райта является очень ценным для нас – «принимаемые законы, хотя и не имели расового основания, направлены были на умаление возможностей чернокожих пользоваться правами наравне с белыми25». Это говорит о соответствующей государственной позиции по отношению к чернокожему населению. Более того, государством поддерживалась сегрегация – например, на гражданской службе, в военной сфере. Из этого автор делает вывод о «правовом отрицании равенства граждан26».

В рамках описания этого этапа Райт упоминает о судебном случае – дело «Брауна против Совета по образованию». Верховный Суд США признал незаконным раздельное школьное обучение. Таким образом, это дело стало одним из важнейших этапов в преодолении расовой сегрегации. Справедливо будет заметить, что вся история расового неравенства в США строится из таких вот судебных случаев. Мы будем упоминать их периодически.

Важным представляется замечание автора о том, что с течением Второй мировой войны положение начало меняться. Райт перечисляет четыре фактора – борьба против нацистов, желание быть лучшей страной в Холодной войне, миграция афроамериканцев на Север, упадок системы арендного хозяйствования на юге – которые оказали значительное влияние на движение в защиту гражданских прав и запрет сегрегационных законов. Влияние было оказано как с экономической, так и с идеологической стороны, что особенно важно для осознания того факта, что расовое неравенство не заключается только в формальном правовом неравенстве.

Четвертая форма – рабочие без гражданства. Этот этап связан с нелегальными мигрантами и восприятием их как дешевой рабочей силы. Непосредственно не относится только лишь к чернокожему населению. Включаются также такие категории как выходцы из Азии, Китая, Латинской Америки.

Пятая форма – диффузная дискриминация. Это последняя описываемая Райтом форма расового угнетения, которая, соответственно, характеризует американское общество в настоящий момент. Автор поясняет термин и говорит, что диффузная дискриминация означает дискриминацию без ее легализации. Этот раздел посвящен дискриминации в частном секторе, в таких областях жизни как продвижение по службе, аренда, кредит и т.д. Что такую частную дискриминацию тяжело обнаружить и почти невозможно законодательно искоренить.

Райт пишет об успехах, достигнутых в области преодоления расового неравенства (афроамериканцы в культуре, образовании, политике), но он также приводит статистический данные, на основании которых утверждает, что все достигнутое – лишь «эрозия структуры расового господства и угнетения27». И на данный момент темп преодоления снизился, и мы находимся в стадии стагнации. На наш взгляд, это очень странное утверждение. Замедление роста показателей представленности чернокожих по сравнению с периодом 70-х годов нормально, ведь тогда был колоссальный разрыв.

Наиболее интересны примеры автора о том, как в сегодняшнем американском обществе выражается дискриминация. Мы перечислим их с пояснениями, так как в дальнейшем будем опираться на эти тезисы.

1) Дискриминация в рамках повседневных взаимодействий: в магазинах к чернокожим относятся с подозрением (не только к подросткам); афроамериканцы дольше ждут обслуживания в ресторанах; тратят больше времени на «поимку» такси; белые меняют сторону улицы, если рядом идет чернокожий и т.д28.

2) Полиция в разы чаще останавливает чернокожих водителей (это в шутку называется правилом DWB – «Driving while black»)29

3) До сих пор остается сегрегация по месту проживания («черные кварталы»). Автор обосновывает это рядом таких причин, как: инерция от прошлой сегрегации; самосегрегация (афроамериканцам комфортнее жить среди таких же как они); белые переезжают из районов, в которых начинают появляться афроамериканцы; проблемы со свободным выбором и покупкой жилья30

4) Дополнительные трудности в сфере кредитования31

5) В сфере занятости. Райт говорит о трудности доказывания дискриминации здесь. Но он приводит экспериментальные исследования, доказывающие наличие дискриминации и в сфере занятости тоже32

6) В сфере образования – из-за жилой сегрегации во многих городах остается разделение по школам. Так получается, что школам в «черных кварталах» выделяется меньшее финансирование, туда отправляют молодых и неопытных преподавателей33

7) В системе исполнения наказания – большее количество задержаний среди чернокожих, большее количество арестов и судимостей. Райт упоминает, что эту логическую цепочку трудно подтвердить статистически34

Анализируя предоставленные автором доводы о наличии дискриминации в современном обществе, надо сказать, что не все из них звучат вполне убедительно. Райт сам во многих случаях говорит, о невозможности прямого статистического подтверждения или выявления причинно-следственной связи. Законодательный запрет на дискриминацию реализуется довольно четко – мы не можем выявить юридических оснований расового неравенства. Однако, как отмечает автор, у нас есть частный сектор и личные отношения, в рамках которых дискриминацию мы можем проследить только на отдельных случаях или с помощью экспериментальных исследований. Мы согласны, что расовое неравенство сохраняется до сих пор в виде такой «повседневной» дискриминации.

Впечатляющим оказался вывод автора, где он пишет: «Первые негры были привезены в Америку в 1619 году. Прошло 400 лет. 245 лет – рабства, 100 лет легальной дискриминации. Итого 345 лет из 400 – угнетение35». Таким образом автор хочет показать, что историческое наследие имеет большое значение, что весь этот «опыт» оказывает влияние на нынешнее общество – расовое неравенство сохраняется. Позитивная дискриминация предложена Райтом в качестве хорошего решения для того, чтобы выбраться из сложившейся ситуации. Более того, Райт говорит о том, что «очевидных альтернатив некоторым формам политики позитивной дискриминации нет36».

Мы посчитали важным узнать немного подробнее о том, что такое позитивная дискриминация. Это оказалось неплохим решением, так как в работах на эту тему мы нашли также немало характеристик современного американского общества.

Итак, в широком смысле, позитивная дискриминация – это попытка преодолеть прошлую несправедливость (в нашем случае – годы угнетения в отношении чернокожих) путем проведения специальной политики37. Дэниель Сабба пишет, что цель проводимых мер заключается в противостоянии глубоко укоренившимся социальным практикам, которые воспроизводят неравенство в структуре общества, путем «позитивных» действий, результатом которых будет «увеличении доли лиц [представителей ранее угнетаемых групп] в тех сферах, из которых они были исключены в результате угнетения в прошлом или социальной дискриминации в настоящем38». Таким образом, позитивная дискриминация решает две задачи – компенсация прошлой несправедливости и формирование общества, свободного от расовых предубеждений.

Прочитав несколько исследований по позитивной дискриминации, мы увидели, что условно их можно разделить на сторонников и противников подобных мер. Интересно было изучить работы тех, кто «против», так как доводы их основываются во многом на негативных последствиях для общества и конкретно для афроамериканцев.

Например, позиция таких исследователей как Глен Лоури и Луис Пойман состоит в следующем: да, существует расовое неравенство, но позитивная дискриминация не решает эту проблему, а лишь усугубляет ее. Предоставление чернокожим особых привилегий только на основании их цвета кожи подрывает авторитет афроамериканцев. Это означает, что чернокожие сотрудники, например, не воспринимаются как компетентные. И это явление имеет двустороннее влияние. Наносится ущерб репутации афроамериканцев, как способных к чему-либо, и повышается авторитет белых, как тех, чьи возможности сдерживаются, чтобы помочь меньшинствам39. Другой важный аргумент состоит в том, что «равенство, как цель, не предполагает обмена». Лоури поясняет, что, пользуясь преференциями, чернокожие демонстрируют слабость и нужду в помощи. Что является унизительным для обеспеченных афроамериканцев, которые не нуждаются в привилегиях. Более того, отмечает автор, предоставление льгот и преференций, формирует у белых ощущение, что «без их покровительства, афроамериканцы не смогут быть равноправными членами общества40». Таким образом, мы видим, что неравенство не только не сглаживается, оно, напротив, еще более усиливается и поддерживается.

У Л. Поймана, в свою очередь, мы можем найти еще такой аргумент как синдром преследования. Здесь речь о том, что, получив однажды что-то просто так, афроамериканцы не хотят от этого отказываться41. Работает психология – зачем трудиться, если можно получить даром? Это порождает проблему подрыва стимулов у чернокожих для развития своих конкурентных способностей42. Эти аргументы очень важны для нашего исследования, так как они будут использованы для характеристики изучаемого случая.

Последний аргумент, на который бы хотелось обратить внимание, это критика политики покровительствования. Именно так характеризует смысл позитивной дискриминации Глен Лоури. Использование различных стандартов для белых и афроамериканцев, игнорирование недостатков последних (в компетенции, например), лишает чернокожих «честной обратной связи43» и возможности улучшить свои навыки.

Исследователи сходятся во мнении о неэффективности позитивной дискриминации и необходимости альтернативы. Лоури предлагает политику поощрения – целенаправленные усилия по повышению заинтересованности, производительности и т.п. у представителей меньшинств44. Пойман, в свою очередь, предлагает большее внимание уделять институту семьи и развитию начального образования. Таким образом, оба автора говорят нам о том, что борьба с последствиями не устранит причину явления – расовое неравенство. Необходимо сменить как меры воздействия, так и фокус внимания.

Обобщая все это, можно сказать, что расовое неравенство в современной Америке есть, но основывается оно не только на цвете кожи, а по большей части на социально-экономическом статусе. Ведь, например, неравенство в наименьшей степени касается тех чернокожих, которые не испытывают проблем с социальным и экономическим положением, и в наибольшей затрагивает менее благополучных афроамериканцев.

  1.  Роль СМИ в обществе. Теория формирования повестки дня

В настоящей работе мы не ставили перед собой задачу доказать, что масс-медиа в Америке при подаче новостей формируют определенное мнение у аудитории. Это давно сделано до нас и в большом количестве книг, статей и аналитических записок. То, что входит в рамки нашей работы – это, используя теоретическую базу о способах формирования повестки дня, изучить выбранный кейс и понять, как реализуется на практике теория о влиянии СМИ, какие последствия это может иметь.

В данном параграфе мы бы хотели коснуться вопроса формирования повестки дня. Проанализированные нами работы в этой области можно условно разделить на две группы – посвященные изучению роли СМИ и посвященные разработке теории формирования повестки дня в целом (включая те работы, которые акцентируют внимание не только на роли масс-медиа). Надо сказать, несмотря на то, что тема влияния СМИ уже и логически является частью теории формирования повестки дня, исследований по ее разработке гораздо больше, нежели по теории в целом или другим ее частям. Мы начнем с обзора теории формирования повестки дня в целом и потом перейдем к более узкому ее разделу – исследованиям о медиавоздействии.

В качестве основы для изучения теории формирования повестки дня мы использовали работу Геральда Козицки. Автор делит поле «agenda-setting process» на три направления: «public agenda-setting» (исследования о взаимосвязях и взаимовлияниях между СМИ и общественным мнением); «policy agenda-setting» (исследования о том, как повестка дня, устанавливаемая государственными органами или должностными лицами, отражается в СМИ); media agenda-setting (исследования о роли СМИ в вопросах разъяснения понятий, выбора тем и акцентирования внимания)45.

Козицки затрагивает вопрос о связи повестки дня и новостей. Автор говорит, что эта тема достойна внимания, особенно такие ее аспекты, как ключевая роль СМИ в выборе новостей и акцентировании внимания на тех или иных моментах и те последствия и эффекты, которые это имеет. Упомянутая Козицки концепция фрэйма, показалась нам довольно интересной, чтобы уделить ей внимание в рамках исследования. Для этого мы воспользовались работой Роберта Энтмана46.

Энтман пишет о способности СМИ формировать некий образ событий, его основание (frame). Это происходит, пишет он, не только через подачу определенных фактов события, но и через утаивание других. «Формировать образ события, значит выбирать некоторые аспекты реальности и делать их более заметными для аудитории, с тем чтобы обратить внимание на определенную проблему, причинно-следственную связь, дать моральную оценку событию и его участникам, предложить и обосновать решение проблемы47». Автор утверждает, что эти четыре роли могут оказать решающее значение в формировании мнения аудитории. Автор также рассматривает 4 блока теоретических дебатов в теории массовой коммуникации, которые могут быть пересмотрены, дополнены и расширены с помощью концепции фрейма. Однако, это, будучи довольно интересной информацией, не входи в сферу интересов данного исследования, поэтому здесь раскрыто не будет.

Возвращаясь к работе Козицки надо сказать, что наиболее значимым для нас стало замечание, что понять, как формируется повестка дня, можно только при условии рассмотрения всех трех направлений, то есть с учетом взаимосвязи и взаимовлияний общественного мнения, СМИ и государственных органов (имея в виду органы и представителей власти48).

Принимая во внимание особенности предмета исследования, больший акцент мы сделали на изучение медиавоздействия. В этом нам помогли работы таких групп авторов как Д. Брайант и С. Томпсон, Э. Дэннис и Д. Мэррилл.

Особенной нам показалась работа Э. Дэнниса и Д. Мэррилла, построенная в виде дебатов49, где по каждому из вопросов авторы предлагают две точки зрения – наиболее популярную и противоположную. Таким образом предоставляя читателю самому решить, с какой идеей соглашаться.

Авторы исследуют такие важные вопросы американских медиа, как свобода прессы, отношения с правительством, мотивы деятельности, отношения с общественностью и многие другие. Так на основании их работы можно сказать, что американская пресса является относительно свободной. Есть ограничения, связанные с моралью, частной жизнью, государственной тайной, но самое главное, что есть у прессы в США – независимость от власти, возможность ее критиковать. Авторы называют это социально ответственной свободой50. Затрагивая вопрос о том, каковы мотивы деятельности СМИ, а значит и вопрос о доверии к ним, можно отметить, что несмотря на получение прибыли от рекламных компаний, пресса не может работать без доверия конечных потребителей. То есть даже предположив исключительно корыстные мотивы деятельности, так или иначе доверять прессе можно, так как несмотря на погоню за прибылью, чтобы оставаться на плаву этого недостаточно, необходимо, чтобы у СМИ были потребители51.

«Беседы о масс-медиа» предлагают нам обширный круг интересных вопросов, которые просто не может вместить настоящее исследование, поэтому мы ограничимся следующими: власть СМИ, предвзятость, объективность журналистов, критерии отбора новостей.

Итак, помня, что авторы не настаивают на какой-то определенной точке зрения, по перечисленным вопросам мы можем сделать следующие выводы в отношении американских СМИ.

Нельзя сказать, что СМИ непредвзяты в освещении новостей. Всегда существует субъективность журналистов, репортеров, редакторов и др. Все имеют свои убеждения и склонности и это так или иначе (возможно даже неумышленно) отражается на работе (в данном случае на изображаемом материале). Однако, авторы говорят нам, что в Америке нет политической прессы в смысле проправительственных СМИ. Множество примеров, когда СМИ освещают события, неудобные для власти, критикуют их и т.д. Если у СМИ и есть какая-то политическая позиция, то она скорее центристская.52 Однако, нами были найдены исследования, доказывающие совершенно обратное, мы приведем их чуть позже.

По вопросу о том, обладают ли СМИ большой властью, авторы пишут, что они оказывают влияние через сообщения, при помощи кумулятивного эффекта. Таким образом, они могут фокусировать внимание на определенных вещах, но не более, то есть они не имеют власти, которая заставляет действовать. Исследователи поясняют, что масс-медиа обладают властью, но нельзя забывать о второстепенных факторах – политические, социальные и экономические условия53.

По нашему мнению, позиция в этом вопросе является очень субъективной и спорной, так как на каждую точку зрения (власть СМИ велика или нет) можно привести практические примеры и логические рассуждения. И это не позволяет сделать какой-то однозначный вывод о величине власти или влияния. Остановимся на том, что СМИ безусловно оказывают влияние на общество, но в выявлении взаимосвязи между сообщениями СМИ и определенными событиями необходимо обратить внимание на другие факторы, которые могут иметь воздействие.

Для изучения того, как (с помощью каких инструментов, по каким каналам) происходит воздействие СМИ, мы обратились к работе Д. Брайант и С. Томпсон. Она представляет собой обширный обзор многочисленных научных работ по проблеме медиавоздействия.

Авторы приводят историю научного изучения медиавоздействия в виде хронологии основных работ в рамках следующих этапов: теория «пули» (сильное воздействие СМИ, основоположник Г. Лассуэлл, период с 1927 до начала Первой мировой войны), модель ограниченного воздействия (период с Первой мировой войны до начала 1960-х гг), модель умеренного воздействия (период с 1960-х до начала 1980-х гг) и снова модель сильного воздействия54. Из этого мы можем сделать вывод о неоднозначности и отсутствии среди исследователей единого мнения насчет силы (или вообще наличия) медиавоздействия.

Брайант и Томпсон приводят просто огромное количество всевозможных моделей и механизмов воздействия СМИ на аудиторию. Чтобы не отдалятся от цели работы, мы приведем только те, что показались нам наиболее важными и полезными для настоящего исследования.

Важной теорией в рамках изучения роли СМИ является социально-когнитивная теория. Если коротко, то суть ее заключается в «научении путем наблюдения55». Самый простой и базовый эффект, который мы можем наблюдать в рамках этой теории – абстрактное моделирование. Когда после просмотра мы используем показанную нам модель поведения в подобных ситуациях в реальной жизни56. Казалось бы, что в этом нет ничего плохого, но нельзя забывать, что не все, показанное, например, по телевизору, достаточно хорошо, чтобы быть примером для подражания. Авторы напоминают нам о сценах насилия и работах, доказывающих, что такие сцены имеют отражение в реальной жизни аудитории. Даже привычные мыльные оперы развивают социальные стереотипы, не соответствующие действительности.

Один из разделов анализируемой работы посвящен идее о связи прайминга агрессивных мыслей и фактическим проявлением агрессии. (Прайминг можно объяснить, как эффект от полученной информации. То есть после просмотра каких-либо сцен насилия, у аудитории активируются имеющиеся воспоминания или знания об этом). Нас заинтересовали факторы, способствующие укреплению причинно-следственных отношений между мыслями и действиями. Они следующие:

«1. Оценка индивидом воспринимаемой ситуации.

2. Оправданность насилия с точки зрения воспринимающего стороннего свидетеля.

3. Степень отождествления зрителя с персонажем.

4. Реальность событий, происходящих на экране.

5. Наличие раздражителей, взывающих к предыдущему опыту индивида»57.

Соответственно, общая логика такова, что если индивид верит в ситуацию, ставит себя на место изображаемого героя, имеет какой-то схожий опыт, то велика вероятность проявления эффекта в виде действий. Однако, это лишь теория, применение которой сугубо индивидуально к каждому случаю.

Не могла не заинтересовать нас концепция культивации, предполагающая, что у тех, кто много смотрит телевизор «восприятие мира приближается к тому образу реальности, который они видят на экране58». Учитывая, что в нашем случае мы имеем дело с новостями, сложно говорить о том, увидим ли мы действие этого эффекта. Однако, считаем его немаловажным в деле доказательства наличия медиавоздействия.

Важным аспектом концепции медиавоздействия стали исследования, доказывающие значимость «промежуточных звеньев между СМИ и аудиторией59». Здесь речь идет об индивидуальных различиях и факторах внешней среды. Авторы таких работ обращались к социологии и психологии, чтобы доказать, что восприятие информации человеком зависит от его интересов, взглядов, социальной принадлежности, профессиональной деятельности, образования, местности и ряда других факторов60.

Развивая эту тему, полезной нам показалась концепция использования и удовлетворения, в рамках которой индивидуальные различия приводят к тому, что каждый индивид «отбирает для себя различные «послания», различными способами их использует и по-разному на них реагирует61».

Другим интересным аспектом для нас стал феномен установления приоритетности новостей, в рамках которого устанавливается связь между медиасообщением и общественной значимостью62. Здесь Брайант и Томпсон приводят крайне удачную цитату Б. Коэна о том, что СМИ не говорят «что» думать, но говорят «о чем». Суть феномена состоит в том, что журналисты, отбирая наиболее важные на их взгляд новости, ориентируются на то, насколько эти новости значимы для общества, т.е. создают «отражение объективной реальности». Но авторы подчеркивают, что это действительно всего лишь отражение, которое часто искажено63.

Еще одним банальным, но заслуживающим упоминания аспектом является использование экспертного мнения для подтверждения озвучиваемой информации64. Это один из методов в рамках концепции убеждения. Авторы приводят исследования, доказывающие, что убеждение – намеренный процесс со стороны масс-медиа.

В рамках тематики изображения национальных меньшинств в СМИ нас интересует тот момент, что зрители больше доверяют представителям своей этнической группы, «больше идентифицируют себя с ними65».

На основании вышеперечисленных идей о роли СМИ мы можем отметить, что воздействие это может быть совершенно разнообразным – влиять на мышление и обучение, на поведение или эмоции. С помощью различных приемов это влияние может быть прямым или скрытым, долговременным или нет. Также важную роль в восприятии сообщений СМИ играют разнообразные факторы – индивидуальные различия потребителей, их социальные характеристики, влияние среды и др.

Обращаясь к литературе, посвященной изучению вопроса предвзятости американских масс-медиа, надо отметить, что это огромное количество исследований. Авторы изучают различные ресурсы (телевидение, газеты, радио) и их способность сформировать определенное мнение у аудитории. Так, например, есть замечательное исследование о влиянии канала Fox News на результаты голосования за республиканцев66. Авторы с помощью большого блока статистических данных выявляют корреляцию между появлением канала в телевещании в городах США и результатами голосования на Президентских выборах и выборах в Сенат.

Еще одна работа, которую хотелось бы упомянуть, посвящена обоснованию идеологической направленности американских СМИ67. Авторы берут набор популярных американских медиа и смотрят, как часто они цитируют либеральные или консервативные think tanks. (Идеологическую направленность think tanks исследователи определяют по количеству цитирования их политиками). В ходе исследования выявлена сильная либеральная направленность многих ресурсов масс-медиа (кроме Fox News, они были обозначены в русле консервативной направленности). Работа привлекает к себе внимание необычным методом исследования и большим количеством других интересных деталей. Но для нас имеет значение только доказанный факт необъективности СМИ или, как в этом случае, идеологической направленности, что, безусловно, оказывает влияние на то, как в рамках новостей раскрываются события и какое мнение относительно ситуации превалирует.

Таким образом, на основании прочитанной литературы можно сделать вывод о том, что концепция о медиавоздействии представляет исключительную значимость для нашей работы. Приведенные положения и выдержки из работ будут использованы для анализа выбранного кейса.

  1.  Дело Майкла Брауна в контексте теорий социально-политического конфликта и роли СМИ в оказании воздействия на общество

Говоря о деле Майкла Брауна и беспорядках в Фергюсоне нельзя не вспомнить Георга Зиммеля с его замечанием, что порой трудно понять – «является ли мнимый предмет спора его действительным поводом или всего только выходом для уже существующей вражды68». Пусть эта цитата будет эпиграфом к настоящей главе. И уже сейчас можно сказать, о чем пойдет речь: социально-экономическое неравенство; расовое неравенство; власть (в лице полиции, местных властей, государства в целом); СМИ; участники беспорядков. Что из этого «мнимый повод», что «действительный», между кем вражда и что является «выходом», мы и попытаемся разобраться.

Для понимания и последующего анализа необходимо взглянуть на произошедшие события максимально объективно, поэтому вначале мы кратко изложим произошедшее с помощью материалов федерального расследования, попутно предоставив характеристику города Фергюсон с точки зрения его социального состава.

Как уже было упомянуто, воздействие СМИ мы хотим выявить посредством контент-анализа, результаты которого будут здесь представлены. И уже после этого, в заключительном параграфе главы мы проанализируем кейс с учетом всех теорий и полученных данных.

  1.  Фактические обстоятельства произошедшего убийства на основании официальных материалов расследования

В данном небольшом параграфе будут приведены обстоятельства убийства Майкла Брауна. Нам кажется это необходимым, чтобы в дальнейшем была возможность объективно сравнивать то, о чем говорилось в СМИ с тем, что было на самом деле. Принимая во внимание всю специфику гражданских прав и охраны их законом в США, мы не подвергаем сомнению истинность результатов расследования.

Все данные взяты из отчета Департамента Юстиции США о расследовании дела по факту смерти Майкла Брауна в результате выстрелов в него полицейского Даррена Уилсона69. Приведенная информация является исключительно обзором отчета, без нашего субъективного мнения.

Обстоятельства произошедшего таковы. 9 августа 2014 года офицер Уилсон находился на дежурстве. К нему от диспетчера поступил вызов о совершенной в магазине краже. (В материалах дела есть видеозапись подтверждающая причастность М. Брауна и его друга к краже сигарет) По пути к магазину офицер увидел двух подростков (Брауна и его друга), соответствовавших описанию преступников, переданному диспетчером. Уилсон поставил машину поперек дороги, по которой шли подростки, перекрыв тем самым движение. Однако, выйти из машины офицер не смог, так как дверь заблокировал М. Браун70. (В рамках медицинской экспертизы приводятся данные о росте и массе, позволяющие заключить, что несмотря на свои 18 лет, подросток был массивного телосложения). Далее завязалась борьба через опущенное стекло, в результате которой офицеру были нанесены удары, а Браун получил пулю в ладонь во время того, как пытался завладеть оружием полицейского. Браун бросился бежать, и полицейский погнался за ним с требованиями остановиться. Браун остановился и побежал в сторону полицейского. Уилсон сделал три выстрела с паузами между каждым из них, но подросток продолжал бежать в его сторону. Уилсон выстрелил еще несколько раз, последний выстрел пришелся Брауну в голову, после чего он упал на асфальт.

Далее следуют отчеты различных видов экспертиз. Мы приведем здесь суть наиболее значимых.

По результатам баллистической и судебно-медицинской экспертизы было установлено, что из оружия полицейского произведено 12 выстрелов (два в машине и 10 на улице): 2 пули попали в руку, 6 в тело (в т.ч. 1 в голову). Ни один из выстрелов не произведен в спину. По показаниям полицейского, подросток не реагировал на требования остановиться и поднять руки вверх (подтверждается проведенными экспертизами по расположению тела убитого71).

Токсикологическая экспертиза выявила содержание результирующих продуктов после употребления марихуаны. Количество их в организме подростка свидетельствует о 2 часовом сроке давности их употребления, но не дает убедительных доказательств того, насколько это повлияло на состояние подростка (изменение мировосприятия и пр.72).

Далее в отчете следуют показания свидетелей, пересказ которых не представляет ценности для нашего исследования. Можно только упомянуть, что повторные показания некоторых свидетелей изменились по сравнению с первоначальными в сторону соответствия показаниям полицейского и результатам экспертиз.

В отчете также представлены те положения закона, которые могли быть нарушены в этой ситуации. В результате полученных данных (как с помощью показаний, так и экспертиз) было установлено, что в действиях полицейского Д. Уилсона нет состава преступления.

  1.  Контент-анализ телевизионных выпусков основных медиа ресурсов США, затрагивающих тему убийства Майкла Брауна

Для понимания того, есть ли взаимосвязь между беспорядками, произошедшими в Фергюсоне и той повесткой, которую предлагают популярные в городе национальные телеканалы, был проведен структурный контент-анализ ряда СМИ – CNN73, MSNBC74, ABC NEWS75. Перечисленные медиа являются, по данным исследования pew research centre, одними из основных источников получения новостей гражданами США76. На каждом из официальных сайтов был проведен поиск видео-выпусков по ключевым словам "фергюсон", "майкл браун". С помощью опций расширенного поиска выборка была ограничена датами: с 10 августа по 31 декабря. Среди полученных в результате поиска видео-выпусков были просмотрены и отброшены видео, случайно попавшие в выборку - чей сюжет не соответствовал тематике. Например, упоминания репортера Майкла Брауна или включавшие информацию о спортивных соревнованиях в Фергюсоне. Задача исследования заключается в анализе характера упоминаний событий, связанных с Делом Майкла Брауна, оценке этих упоминаний и интерпретации полученных данных. 

Несомненно, важным фактором для анализа является распределение выборки. На графике наглядно представлено, в какие промежутки наблюдался наибольший интерес к освещению проблемы. Конечно, такой расклад достаточно очевиден: наибольшее количество видео-выпусков приходится на момент сразу после убийства и даты оглашения решения большого жюри о невиновности полицейского.

В приведенной ниже таблице представлена проанализированная нами совокупность символов (мы использовали текстовые расшифровки видео-выпусков). Так как проведение контент-анализа подразумевает создание некого глоссария по основным применяемым терминам, мы решили обратить внимание на те, которые являются ключевыми (наиболее часто встречающимися) в разных выпусках, так как достаточно очевидно, что направленность формирует определенное отношение к проблеме. Данные следующей таблицы являются отображением количественного и качественного контент-анализа:

Объект анализа

Полученные данные

Общее число слов

856 937

Терминология

Black (teen), unarmed,       murderer, killed, secret,                     hands up, walking, lootings                                            (robbery, riots, unrest), peace,  community, violence, underrepresentation, not unique, investigation,    racial,    injustice

На данном этапе перед нами лежит задача по интерпретации приведенной выше таблицы. Как мы видим из нее, в СМИ происходящие события описываются с использованием преимущественно негативных определений. Необходимо упомянуть, что в таблице не представлены наиболее употребляемые слова вроде «Фергюсон», «Майкл Браун», «выстрел», «полиция» и другие, которые, по нашему мнению, не несут в себе дополнительного смысла, кроме обозначения того или иного объекта. Продолжая характеристику, надо отметить, что слова разделены на два периода. Слова под цифрой 1 являются наиболее часто используемыми в тех новостных выпусках, которые были после смерти подростка. Под цифрой 2 это те слова, которые добавились в число слов из первой группы в телевизионных выпусках после оглашения решения Большого Жюри.

Итак, начать надо с того, что в целом, каждый выпуск так или иначе акцентирует внимание на расе убитого подростка. Самым явным отображением этого становится соединение в одном предложении «черный подросток» и «белый полицейский». Более того, не менее важной информацией является то, что убитый был подросток, молодой, будущий учащийся колледжа и т.д. Это формирует некий образ беззащитности – полицейский, взрослый, а Майкл Браун всего лишь подросток.

Достаточно большое количество упоминаний получает позиция о невооруженности убитого. Каждый выпуск сопровождается этой информацией – она обязательно произносится вслух и часто появляется в виде заголовка новости или среди сменяющихся коротких фраз внизу экрана. Это рассматривается как доказательство излишней реакции полицейского – зачем, казалось бы, стрелять так много раз в безоружного.

Важным словосочетанием стало «руки вверх». В рамках Дела Майкла Брауна оно стало культовым – его использовали демонстранты на плакатах, люди шли по улицам с поднятыми вверх руками. С первых же выпусков замечание о том, что руки подростка были подняты вверх, апеллирует к вопросу – почему он был застрелен, если руки были подняты. Вкупе с часто употребляемым словами «прогуливался» или «шел по улице», подразумевающими беспричинность остановки подростка полицейским, вся ситуация приобретает явную окраску «несправедливости».

Таким образом, создается некий образ жертвы – белый полицейский убил невинного чернокожего, практически еще ребенка, который не оказывал сопротивления, был безоружен, но, тем не менее, убит в результате многочисленных выстрелов. Естественно, что такая история вызовет отрицательное отношение к полицейскому и сопереживание в отношении подростка. Поэтому начиная со второго или третьего дня после происшествия (по-разному на разных каналах), появляются такие определения как «убийца», «убийство», «убит» и «несправедливость». Что предполагает однозначную оценку ситуации и определения «виновного» и «жертвы».

Необходимо отметить, что «несправедливость» употребляется не только в рамках риторики о несправедливости произошедшего убийства, но также в рамках оценки ситуации после оглашения решения Большого Жюри о признании полицейского невиновным.

Возвращаясь в событиях на шаг назад, до вынесения решение о невиновности полицейского, такие слова как «тайное, секретное» «расследование» сформировали повестку о замалчивании фактов. Слова употреблялись в связи с необычно затянувшимся процессом проверки по факту происшествия. С одной стороны, это навязывает мысль о том, что власти могут скрывать или фальсифицировать информацию, а с другой – акцентирование внимания на затянутости процесса предполагает, что решать тут нечего – полицейский виновен.

Важной является риторика беспорядков и мирных демонстраций. Говоря о происходящих беспорядках (грабежах, разбоях и пр.), СМИ хоть и не дают большого количества пояснений об их причинах, но используют такое слово как «расовые». Что само безусловно наталкивает на размышления об основаниях этих беспорядков. Упоминания же слова «мирный» связаны отнюдь не с демонстрациями. Несмотря на то, что оно в большинстве случаев идет в связке с «демонстрациями» «выступлениями» и пр. легальными формами выражения мнения общественности, смысловая направленность состоит в том, чтобы противопоставить мирные демонстрации насилию со стороны властей.

Значимым фактором отмечается «недопредставленность» афроамериканцев среди чиновников и представителей полиции города. Употребление этого термина почти всегда сопровождается статистическими данными о количестве чернокожего населения города и численности все тех же чернокожих среди полиции. Добавляются выводы о несправедливости такого представительства. Боле того, формируется риторика противопоставления местного сообщества и власти или сообщества и полиции.

Анализируя полученные данные, можно сделать вывод о намеренном формировании в СМИ образа убийства на расовых основаниях.

  1.  Анализ социально-экономического положения населения города Фергюсон

В данном параграфе мы бы хотели охарактеризовать социальное и экономическое положение населения города Фергюсон, так как нам кажется это важной составляющей полноценного анализа ситуации.

Основываясь на статистических данных предоставленных различными исследовательскими центрами, можно сказать, что Фергюсон не был и не является идеальным городом. Мы уделим внимание не просто «голой» статистике об уровне безработицы, бедности, преступности, а рассмотрим эти показатели с учетом расовой составляющей.

Итак, начнем с того, что всего лишь треть населения Фергюсона белые. Больше 60% составляют афроамериканцы и несколько процентов латиноамериканцы и выходцы из Азии, Индии77. Около 35% афроамериканцев – безработные. Более того, по данным 2012 года, каждый четвертый живет за чертой бедности. Более того, аналитиками отмечается, что достигнутый в 2012 году порог бедности (20% и выше) говорит о начале появления негативных эффектов концентрации бедности78. А это означает уменьшение возможности жителей этих районов на улучшение своего положения79.

Нужно упомянуть так же об уровне преступности – он очень высокий. Немного выше чем в среднем по стране по насильственным преступлениям (убийства, изнасилования, нападения) и почти в два раза выше по всем остальным преступлениям (грабежи, угон машин и т.д.)80. В связи с убийством Майкла Брауна в СМИ также часто упоминалась информация о том, что афроамериканцев арестовывают в 4 раза чаще, чем белых81.

Более того, в новостях немало внимания уделялось тому аспекту, что, несмотря на преобладающее количество чернокожих среди местного населения, представленность их в полиции и местных властях крайне низкая – только 3 офицера из 53 и всего один представитель в Городском Совете82.

В Вашингтон Пост опубликована интересная статья, написанная не журналистами, а двумя профессорами, раскрывающая ситуацию с более научной точки зрения. П. Дрэйер и Т. Сванстром пишут о том, что в случае Фергюсона мы имеем дело с пригородным гетто. Говоря о подобных ситуациях в городах (о бедности, безработице и преимущественно чернокожем населении) авторы пытаются показать читателям, что в пригороде дела обстоят еще хуже, так как у жителей пригорода намного меньше возможностей улучшить свое положение. (Здесь речь об отсутствии хорошего транспорта, большого количества рабочих мест и т.п.). Исследователи также акцентируют внимание на проблеме представительства афроамериканцев, отмечая это как немаловажную деталь. «Фергюсон слишком мал и слишком беден, чтобы преодолеть расовое и экономическое неравенство, которые и поддерживают протесты83».

Все это соотносится с тем, о чем пишет Р. Дарендорф. Автор говорит, что эти группы меньшинств, обладающих подобными характеристиками (криминальное поведение, зависимость от помощи государства плохие условия жизни и т.д.), являются социальной категорией, «накопившей такую массу социально-патологических черт, что возникает длительное состояние отчуждения84». Автор называет такие группы «низшим классом», говоря, что его представители склонны к антиобщественному поведению. Цитируя социолога У. Д. Улсона и соглашаясь с ним, Дарендорф пишет о возникновении в подобных гетто «эффекта концентрации», когда все становится только хуже и хуже85.  

Автор объясняет, что «низший класс» классом делает разница в правах с остальным обществом. Акцентируя внимание на расовой и этнической принадлежности, Дарендорф пишет, что «гетто» не обязательно состоит из афроамериканцев, но на практике получается именно так. Упоминая про огромный скачок в правовом положении с 1960-х годов, автор говорит, что «в некоторых важных отношениях [чернокожие] все-таки остались аутсайдерами86».

  1.  Рассмотрение Дела Майкла Брауна с учетом изученных материалов

С учетом всей проанализированной информации можно рассматривать Дело Майкла Брауна следующим образом.

Фергюсон является примером экономически неблагополучного пригорода, где большая часть населения это чернокожие, многие из которых не работают, живут за счет государственных выплат – на пособия. Учитывая статистические данные – наблюдается тенденция к увеличению как числа живущих за чертой бедности, так и безработных – можно сказать, что эти люди и не хотят работать, их устраивает просто получать пособия по безработице.

С другой стороны – существует положение расового неравенства. Неформального, конечно, но которое проявляется в небольших аспектах ежедневных взаимодействий. Как мы видим из исследований, даже эти небольшие проявления оказывают эффект. Мы можем говорить об остатках исторической несправедливости, которые государство пытается искоренить при помощи различных мер.

Таким образом, мы видим два латентных конфликта – социально-политический и расовый. Социально-политический – конфликт между бедными слоями чернокожего населения и государством. Обе стороны находятся в некоторой оппозиции друг к другу: государство хочет, чтобы подобные гетто исчезли, а жители этих гетто винят государство в своих проблемах. И единственное, что сдерживает подобный конфликт – выплаты от государства.

Расовый – характерен не только для Фергюсона, но и для современного американского общества в целом.

Оба конфликта находятся в тлеющей стадии, когда противоречия есть, но они не обнажены и нет открытого противостояния сторон.

Далее в нашей истории происходит убийство чернокожего подростка белым полицейским. СМИ раскрывая эти события делает упор на расовые составляющие произошедшего. Мы уже доказали это с помощью контент-анализа. Теперь посмотрим, на это и сквозь призму изученных концепций медиавоздействия.

Мы упоминали такой прием как абстрактное моделирование. Работает это так, что при каждом случае, например, физического насилия по отношению к чернокожему со стороны белого СМИ представляют это как нечто с расовым основанием. Причем для нас не важно – действительно ли была расовая составляющая или нет. Ведь это работает по принципу привычки, модели, которая откладывается в память. И теперь, когда произошло убийство Майкла Брауна и СМИ заговорили о расовых основаниях, это было настолько обычно и ожидаемо, что сразу же было проглочено сообществом Фергюсона.

Интересно проанализировать ситуацию с точки зрения факторов, усиливающих эффект прайминга.

  1.  Оценка индивидом воспринимаемой ситуации.

Если мы анализируем, как население Фергюсона восприняло убийство подростка, то по результатам контент-анализа мы можем утверждать, что для населения (большинство из которого чернокожие) убийство произошло на расовой почве.

  1.  Оправданность насилия с точки зрения воспринимающего стороннего свидетеля.

Соответственно, если мы анализируем это убийство с позиции населения Фергюсона, то убийство безоружного подростка с поднятыми вверху руками было абсолютно не оправдано.

  1.  Степень отождествления зрителя с персонажем.

Мы считаем, что степень отождествления довольно высокая. Этому способствует цвет кожи и некая предыстория, показанная СМИ, когда подросток прогуливался с другом и был просто так остановлен полицейским. Ведь такое может случиться с каждым.

  1.  Реальность событий, происходящих на экране.

События реальны для зрителей, так как это не фильм или телепередача, а новости. Учитывая данные о не слишком высоком уровне образованности населения Фергюсона, идея о критическом анализе новостей отпадает.

  1.  Наличие раздражителей, взывающих к предыдущему опыту индивида

Такими раздражителями могут служить ежедневные взаимодействия. Как упоминалась в главе о расовом неравенстве в США, чернокожие могут сталкиваться с определенной степенью дискриминации каждый день. Это поддерживает их сознание наличия в обществе расовых предрассудков и расовой несправедливости.

Таким образом, мы видим, что в нашем кейсе присутствует достаточно факторов, способствующих перенесению мыслей и пережитых эмоций от просмотренных новостей в реальную жизнь, на улицы Фергюсона.

Можно задаться вопросом, почему беспорядки не произошли в Нью Йорке, Вашингтоне и других подобных городах? Здесь вступает в действие другой аспект – значимость индивидуальных различий потребителей информации и факторов среды. Такое проявление реакции, как беспорядки, погромы, грабежи даже сложно представить в городах, где люди имеют материальный достаток и хорошее социальное положение. Беспорядки – это удел таких проблемных городов как Фергюсон.

Индивидуальные отличия населения из гетто Фергюсона таковы, что это невысокий уровень образованности, социальное и экономическое неблагополучие, насущность для них проблемы расового неравенства. Именно эти особенности определили то, как и с какими последствиями будут восприняты новостные сообщения.

Обращаясь к изученной нами теории конфликта и используя все приведенные выше данные, можно следующим образом охарактеризовать исследуемый случай: настоящий конфликт (социально-политический) не манифестирован. Ситуация такова, что у нас есть проблема и ее «обертка». Так вот мы видим только обертку – расовое неравенство. Она яркая, очень громко шуршит, но совершенно не дает представления о том, что внутри. И это самое непризнание настоящей проблемы не дает возможности снизить интенсивность и насильственность конфликта, разрешить его, в конце концов.

Следующий аспект – низкая социальная мобильность усиливает конфликт. Как мы видим из анализа положения населения Фергюсона, речь идет о гетто. Говорить о социальной мобильности довольно сложно – сложно сказать, что она есть. Дарендорф, затрагивая тему психологии таких групп, пишет, что они и не хотят менять свое положение, не хотят работать, не хотят никакой социальной мобильности87.

Важно отметить, что тот конфликт, который навязывается СМИ – расовый – приводит с собой и фактор, усиливающий его – цвет кожи. Следуя мысли Дарендорфа – чем сильнее привязка к общественной позиции, тем интенсивнее конфликт88 – можно сказать, что цвет кожи у афроамериканцев определяет их общественную позицию, которая «непримирима» с позицией «белых» в расовом конфликте.

Почему мы говорим о расовом конфликте? Нет, не потому что о нем говорят СМИ, а потому что с ним связан другой аспект нашего кейса – напластование социальных областей. В современной Америке есть две проблемы (если речь идет только в рамках нашего случая) – расовое неравенство и социально-экономическое. Обе они могут перерасти в расовый и социально-политический конфликт соответственно. В нашем случае мы имеем дело с тлеющей фазой социально-политического конфликта, на которую напластовывается искусственно создаваемый СМИ расовый конфликт, который в свою очередь активизирует социально-политический. Оба эти конфликта имеют свои факторы, усиливающие интенсивность и насильственность процесса, а в случае Фергюсона – эти конфликты и их факторы накладываются друг на друга, что выливается в массовые беспорядки.

Более того, из-за деструктивного характера конфликта, мы не видим изменений в социальной структуре, в качестве результата. Никто ничего не добился этими беспорядками – ни расовая справедливость не восторжествовала, ни социально-экономическое положение участников не улучшилось.  

Такое количество факторов привело к увеличению насильственности и интенсивности конфликта, что вылилось в массовые беспорядки на улицах Фергюсона.

Таким образом, мы должны отметить, что в нашем случае СМИ сыграли роль спускового крючка для накопившейся напряженности. Их, казалось бы, невзрачный акцент на расовой составляющей убийства в условиях социально-экономического неблагополучия Фергюсона сыграл злую шутку, активизировав имеющиеся социально-политические противоречия, что и вылилось в массовые беспорядки.

Заключение

В данном исследовании была произведена попытка выявить роль СМИ в эскалации расовых и социально-политических конфликтов в США на примере убийства Майкла Брауна в г. Фергюсон, штат Миссури.

В первой главе были рассмотрены основные теории в рамках, которых мы проводили исследование. Так параграф 1.1. посвящен анализу современных теоретических подходов к изучению социально-политических конфликтов. Представленные концепции Г. Зиммеля, Л. Козера, Р. Дарендорфа, Т. Шеллинга и некоторых других позволяют нам сделать выводы о повсеместном характере конфликта в жизни общества. Более того, были выделены факторы, влияющие на интенсивность и насильственность, как переменные конфликта. Раскрытие вопроса о тематике современного социального конфликта позволило приблизится к пониманию причинно-следственных связей происходящей в обществе борьбы.

В параграфе 1.2. мы рассмотрели работы о расовом неравенстве в США. Изучение истории и основных понятий дало возможность проанализировать современную ситуацию в США и сделать выводы о том, что несмотря на развитие гражданских прав и законодательное закрепление непринятия дискриминации по какому-либо признаку, расовое неравенство все же сохраняется в обществе.

Завершающий параграф первой главы (1.3.) посвящен раскрытию концепций о медиавоздействии. В рамках него нами были сделаны выводы о наличии медиавоздействия как такового, что, однако, не позволяет нам сделать выводы об однозначной огромной силе, которой обладают масс-медиа. Каждый случай воздействия СМИ индивидуален и должен быть проанализирован с учетом факторов помимо воздействия СМИ – индивидуальных различий аудитории и окружающей ее внешней среды.

Во второй главе мы попытались максимально использовать проанализированные теории и концепции применительно к выбранном кейсу – Дело Майкла Брауна. Однако, помимо применения изученных теорий, мы посвятили два параграфа фактическим обстоятельствам произошедшего убийства и анализу социального и экономического положения населения Фергюсона. Эти данные позволили нам с большей убедительностью и полнотой подтвердить наши предположения.

Для того, чтобы понять, объективно ли СМИ отражают события и какую риторику создают, мы провели контент-анализ телевизионных новостных выпусков основных каналов Америки. Проанализировав полученные данные, мы пришли к выводу, что в этих новостных сообщениях есть явный уклон в сторону расовой составляющей, причем нарочито подчеркивающий расовую несправедливость.

Рассматривая выбранный кейс в рамках изученных теорий, мы пришли к выводу, что СМИ сыграли ключевую роль в эскалации социально-политического конфликта и возникновении беспорядков в Фергюсоне.

Из данных о социальном и экономическом положении населения Фергюсона мы заключили, что существует социально-политический конфликт. До убийства Майкла Брауна он находился в тлеющей стадии. Кроме того, литература по теме расового неравенства позволяет нам сказать, что есть так же и латентный расовый конфликт. Поэтому, когда СМИ заговорили о расовой несправедливости, это активизировало социальные противоречия в рамках социально-политического конфликта, и на это напластовались противоречия из расового конфликта. Таким образом, расового конфликта как такового не произошло. Мы видим лишь как СМИ говорят о нем.

Гипотеза о том, что СМИ в США, акцентируя внимание на расовой составляющей, играют ключевую роль в активизации социальных противоречий в таких проблемных регионах страны, как Фергюсон, что приводит к эскалации социально-политического конфликта подтвердилась.

В заключительном параграфе мы показываем, почему конфликт получился такой интенсивный и насильственный, что, собственно, и привело к беспорядкам.

В ходе исследования выполнены все поставленные задачи и достигнут конечная цель работы.

В заключение можно сказать, о том, что, безусловно, аналитики и политологи видят настоящую проблему, понимают причину беспорядков. И наша работа не имеет целью открыть глаза на правду. В данном исследовании мы стремимся показать роль СМИ в возникновении погромов в Фергюсоне. И их роль заключается в том, что они стали спусковым крючком, активизатором, тем самым выходом для существующей напряженности.

Библиографический список

  1.  Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну. – М.: Прогресс-Традиция, 2000. - 383 с.
  2.  Брайант Д., Томпсон С. Основы воздействия СМИ. - М.: Вильяме, 2004. — 432 с.
  3.  Глухова А. В. Политическая конфликтология перед вызовами глобализации // Социологические исследования. – 2005. - №8. – 100-107
  4.  Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. - М.: РОССПЭН, 2002. - 288 с.
  5.  Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта // Социс. - 1994.- № 5.- С. 142-147
  6.  Дэннис Э., Мэррилл Д. Беседы о масс-медиа. – М.: Рос.-амер. информ. пресс-центр : Вагриус, 1997. - 383 с.
  7.  Зайцев А. К. Социальный Конфликт. - М.: Academia, 2001. – 464 с.
  8.  Запрудский Ю.Г. Внутри конфликта//Социологические исследования. - 1993. -№7. - С. 51-58
  9.  Зиммель Г. Конфликт современной культуры [Электронный ресурс]: библиотека// сайт «Московский Университет им. С. Ю. Витте». URL: http://www.e-college.ru/xbooks/xbook058/files/course/zimmel.pdf (дата обращения 02.05.15)
  10.  Зиммель Г. Человек как враг. // Социологический журнал. - 1994.- №2.- С. 114-119.
  11.  Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. - М.: ГУ ВШЭ, 2000. - 608 с.
  12.  Козер Л.А. Функции социального конфликта. - М.: Идея-Пресс, Дом интеллектуал. книги, 2000. – 205 с.
  13.  Светлов В. А. Аналитика конфликта. - СПб.: Росток, 2001. – 511 с.
  14.  Согрин В. В. Конфликт и консенсус в российской политике//Общественные науки и современность. - 1996. - №1. - С. 35-44
  15.  Турен А.  Возвращение человека действующего. Очерк социологии. - М.: Научный мир, 1998. - 204 с.
  16.  Шеллинг Т. Стратегия конфликта. - М.: ИРИСЭН, 2007. – 366 с.
  17.  21 Numbers That Will Help You Understand Why Ferguson Is About More Than Michael Brown [Электронный ресурс] // The Huffington Post URL: http://www.huffingtonpost.com/2014/08/22/ferguson-black-america_n_5694364.html (дата обращения 14.05.15)
  18.  ABC News Official website [Электронный ресурс] // Official website URL: http://abcnews.go.com/ (дата обращения 15.04.15)
  19.  CNN Official website [Электронный ресурс] // Official website URL:http://edition.cnn.com/ (дата обращения 15.04.15)
  20.  Crime rate in Ferguson, Missouri (MO): murders, rapes, robberies, assaults, burglaries, thefts, auto thefts, arson, law enforcement employees, police officers, crime map [Электронный ресурс] // City-Data  URL: http://www.city-data.com/crime/crime-Ferguson-Missouri.html (дата обращения 14.05.15)
  21.  DellaVigna S., Kaplan E. The Fox News Effect: Media Bias and Voting // Quarterly Journal of Economics. - 2007. - Vol. 122. – pp. 1187-1234
  22.  Department Of Justice Report Regarding The Criminal Investigation Into The Shooting Death Of Michael Brown By Ferguson, Missouri Police Officer Darren Wilson [Электронный ресурс] // US Department of Justice.  URL: http://www.justice.gov/sites/default/files/usao-mdpa/legacy/2015/03/18/DOJ%20Report%20on%20Shooting%20of%20Michael%20Brown.pdf (дата обращения 10.05.15)
  23.  Dreier P., Swanstrom T. Suburban ghettos like Ferguson are ticking time bombs [Электронный ресурс] // The Washington Post URL: http://www.washingtonpost.com/posteverything/wp/2014/08/21/suburban-ghettos-like-ferguson-are-ticking-time-bombs/ (дата обращения 14.05.15)
  24.  Entman, R. M. Framing: Toward clarification of a fractured paradigm // Journal of Communication. – 1993. – Vol. 43, No. 4. – pp. 51–58
  25.  Groseclose T., Milyo J. A Measure of Media Bias // The Quarterly Journal of Economics. – 2005. - Vol. 120, No. 4. - pp. 1191-1237
  26.  Kneebone E. Ferguson, Mo. Emblematic of Growing Suburban Poverty [Электронный ресурс] // Brookings URL: http://www.brookings.edu/blogs/the-avenue/posts/2014/08/15-ferguson-suburban-poverty (дата обращения 14.05.15)
  27.  Koplowitz H. Ferguson Missouri Crime Stats 2014: Blacks Arrested 4 Times As Much As Whites [Электронный ресурс] // International Business Times URL: http://www.ibtimes.com/ferguson-missouri-crime-stats-2014-blacks-arrested-4-times-much-whites-1658846 (дата обращения 14.05.15)
  28.  Kosicki G. M. Problems and Opportunities in Agenda-Setting Research // Journal of Communication. – 1993. - Vol. 43, No. 2. - pp. 100-127
  29.  Loury G. The Anatomy of Racial Inequality.- Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 2003.- 240 pp
  30.  MSNBC Official website [Электронный ресурс] // Official website URL: http://www.msnbc.com/ (дата обращения 15.04.15)
  31.  Pojman L. The Moral Status of Affirmative Action // Public Affairs Quarterly. – 1992. – Vol. 6.2. - pp. 181-206
  32.  Political Polarization & Media Habits / Mitchell A. [et al.] [Электронный ресурс] // Pew Research Center URL: http://www.journalism.org/2014/10/21/political-polarization-media-habits/ (дата обращения 11.04.15)
  33.  Races in Ferguson, Missouri (MO) Detailed Stats [Электронный ресурс] // City-Data  URL: http://www.city-data.com/races/races-Ferguson-Missouri.html (дата обращения 14.05.15)
  34.  Sabbagh D. Affirmative Action: The U.S. Experience in Comparative Perspective// Daedalus.-2011.- Vol. 140, No. 2.- pp 109-120
  35.  Understanding Neighborhood Effects of Concentrated Poverty [Электронный ресурс] // U.S. Department of Housing and Urban Development URL: http://www.huduser.org/portal/periodicals/em/winter11/highlight2.html (дата обращения 14.05.15)
  36.  Wright E. O. American Society: How It Really Works.- N.Y.: W. W.  Norton & Company, 2010.- 512 pp

1 Зиммель Г. Конфликт современной культуры [Электронный ресурс]: библиотека// сайт «Московский Университет им. С. Ю. Витте». URL: http://www.e-college.ru/xbooks/xbook058/files/course/zimmel.pdf (дата обращения 02.05.15)

2 Зиммель Г. Человек как враг. // Социологический журнал. 1994. №2.C. 114-115

3 Козер Л.А. Функции социального конфликта. М., 2000. С. 94

4 Там же

5 Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта // Социс. 1994. № 5. С. 144

6 Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М. 2002. С. 38

7 Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М. 2002. С. 45

8 Там же. С. 46

9 Шеллинг Т. Стратегия конфликта. М., 2007. С. 17

10Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну. М., 2000. С. 10

11 Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. М., 2000. С. 1 - 608

12Турен А.  Возвращение человека действующего. Очерк социологии. М., 1998. С. 101

13 Согрин В. В. Конфликт и консенсус в российской политике//Общественные науки и современность. 1996. №1. С. 35-44

14 Запрудский Ю.Г. Внутри конфликта//Социологические исследования. 1993. №7. С. 52

15 Глухова А. В. Политическая конфликтология перед вызовами глобализации // Социологические исследования. 2005. №8. 100-107

16 Зайцев А. К. Социальный Конфликт. М., 2001. С. 1- 464

17 Светлов В. А. Аналитика конфликта. - СПб., 2001. С. 36–37.

18 Там же

19 Светлов В. А. Указ. Соч. С. 239

20 Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М. 2002. С. 71

21 Wright E. O. Op. cit. P. 278

22 Ibid P. 281

23 Wright E. O. Op. cit. P. 282

24Ibid P. 284

25 Ibid

26 Ibid

27 Wright E. O. Op. cit. P. 290

28 Wright E. O. Op. cit. P. 292

29 Ibid P. 232

30 Ibid P. 238

31 Ibid P. 240

32 Ibid P. 242

33 Ibid P. 248

34 Ibid P. 250

35 Wright E. O. Op. cit. P. 284

36 Ibid, P. 304

37 Pojman L. The Moral Status of Affirmative Action // Public Affairs Quarterly. 1992. Vol. 6.2. P. 183

38 Sabbagh D. Affirmative Action: The U.S. Experience in Comparative Perspective// Daedalus. 2011. Vol. 140, No. 2. pp. 109-110

39 Loury G. Op. cit. P. 114

40 Ibid

41 Pojman L. Op. cit. P. 185

42 Loury G. Op. cit. P. 120

43 Ibid P. 126

44 Ibid P. 140

45 Kosicki G. M. Problems and Opportunities in Agenda-Setting Research // Journal of Communication. 1993. Vol. 43, No. 2. P. 100

46 Entman, R. M. Framing: Toward clarification of a fractured paradigm // Journal of Communication. 1993. Vol. 43, No. 4. P. 52-53

47 Entman, R. M. Opp. Cit. P. 52

48 Kosicki G. M. Opp. Cit. P. 100

49 Дэннис Э., Мэррилл Д. Беседы о масс-медиа. М., 1997. Pp. 1-383

50 Там же. С. 42

51 Дэннис Э., Мэррилл Д. Указ. Соч. С. 40-45, 52-53, 62, 70

52 Там же. С. 130-134

53 Там же. С. 155

54 Брайант Д., Томпсон С. Основы воздействия СМИ. М., 2004. С. 58

55 Там же. С. 88

56 Там же

57 Брайант Д., Томпсон С. Указ. Соч. С. 110

58 Там же. С. 101

59 Там же. С. 70

60 Там же. С. 71, 167

61 Там же. С. 147

62 Там же. С. 161

63 Брайант Д., Томпсон С. Указ. Соч. С. 162

64 Там же. С. 181

65 Там же. С. 367

66 DellaVigna S., Kaplan E. The Fox News Effect: Media Bias and Voting // Quarterly Journal of Economics. 2007. Vol. 122.  pp. 1187-1234

67 Groseclose T., Milyo J. A Measure of Media Bias // The Quarterly Journal of Economics. 2005. Vol. 120, No. 4. pp. 1191-1237

68 Зиммель Г. Человек как враг. // Социологический журнал. 1994. №2. C. 114

69 Department Of Justice Report Regarding The Criminal Investigation Into The Shooting Death Of Michael Brown By Ferguson, Missouri Police Officer Darren Wilson [Электронный ресурс] // US Department of Justice.  URL: http://www.justice.gov/sites/default/files/usao-mdpa/legacy/2015/03/18/DOJ%20Report%20on%20Shooting%20of%20Michael%20Brown.pdf (дата обращения 10.05.15)

70 Department Of Justice Report Regarding The Criminal Investigation Into The Shooting Death Of Michael Brown By Ferguson, Missouri Police Officer Darren Wilson [Электронный ресурс] // US Department of Justice.  URL: http://www.justice.gov/sites/default/files/usao-mdpa/legacy/2015/03/18/DOJ%20Report%20on%20Shooting%20of%20Michael%20Brown.pdf (дата обращения 10.05.15)

71 Ibid

72 Department Of Justice Report Regarding The Criminal Investigation Into The Shooting Death Of Michael Brown By Ferguson, Missouri Police Officer Darren Wilson [Электронный ресурс] // US Department of Justice.  URL: http://www.justice.gov/sites/default/files/usao-mdpa/legacy/2015/03/18/DOJ%20Report%20on%20Shooting%20of%20Michael%20Brown.pdf (дата обращения 10.05.15)

73 CNN Official website [Электронный ресурс] // Official website URL:http://edition.cnn.com/ (дата обращения 15.04.15)

74 MSNBC Official website [Электронный ресурс] // Official website URL: http://www.msnbc.com/ (дата обращения 15.04.15)

75 ABC News Official website [Электронный ресурс] // Official website URL: http://abcnews.go.com/ (дата обращения 15.04.15)

76 Political Polarization & Media Habits / Mitchell A. [et al.] [Электронный ресурс] // Pew Research Center URL: http://www.journalism.org/2014/10/21/political-polarization-media-habits/ (дата обращения 11.04.15)

77 Races in Ferguson, Missouri (MO) Detailed Stats [Электронный ресурс] // City-Data  URL: http://www.city-data.com/races/races-Ferguson-Missouri.html (дата обращения 14.05.15)

78 Kneebone E. Ferguson, Mo. Emblematic of Growing Suburban Poverty [Электронный ресурс] // Brookings URL: http://www.brookings.edu/blogs/the-avenue/posts/2014/08/15-ferguson-suburban-poverty (дата обращения 14.05.15)

79 Understanding Neighborhood Effects of Concentrated Poverty [Электронный ресурс] // U.S. Department of Housing and Urban Development URL: http://www.huduser.org/portal/periodicals/em/winter11/highlight2.html (дата обращения 14.05.15)

80 Crime rate in Ferguson, Missouri (MO): murders, rapes, robberies, assaults, burglaries, thefts, auto thefts, arson, law enforcement employees, police officers, crime map [Электронный ресурс] // City-Data  URL: http://www.city-data.com/crime/crime-Ferguson-Missouri.html (дата обращения 14.05.15)

81 Koplowitz H. Ferguson Missouri Crime Stats 2014: Blacks Arrested 4 Times As Much As Whites [Электронный ресурс] // International Business Times URL: http://www.ibtimes.com/ferguson-missouri-crime-stats-2014-blacks-arrested-4-times-much-whites-1658846 (дата обращения 14.05.15)

82 21 Numbers That Will Help You Understand Why Ferguson Is About More Than Michael Brown [Электронный ресурс] // The Huffington Post URL: http://www.huffingtonpost.com/2014/08/22/ferguson-black-america_n_5694364.html (дата обращения 14.05.15)

83 Dreier P., Swanstrom T. Suburban ghettos like Ferguson are ticking time bombs [Электронный ресурс] // The Washington Post URL: http://www.washingtonpost.com/posteverything/wp/2014/08/21/suburban-ghettos-like-ferguson-are-ticking-time-bombs/ (дата обращения 14.05.15)

84 Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М. 2002. С. 199-200

85 Там же. С. 201

86 Там же. С. 205

87 Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М. 2002. С. 201

88 Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта // Социс. 1994. № 5. С. 144




Возможно эти работы будут Вам интересны.

1. Исследование социально-экономических и политических процессов

2. Влияние средств массовой информации на жизнь общества в решении социально-культурных проблем

3. Конфликт. Классификация внутриорганизационных конфликтов. Формула конфликта. Симптоматика конфликтной ситуации. Развитие конфликта по схеме «9 ступеней вниз». Классификация внутриорганизационных конфликтов

4. Бродяжничество и беспризорность детей, как социально-психологическая и социально-педагогическая проблема

5. Слоган в политических и корпоративных маркетинговых коммуникациях.

6. Слоган в политических и корпоративных маркетинговых коммуникациях

7. Этапы исторического развития политических идей

8. Конституционно-правовая основа формирования и деятельности политических партий

9. Правовое регулирование и государственное финансирование деятельности политических партий

10. Анализ политической ситуации: предвыборная работа политических партий